стоп слова.нет

сумерки это трещина между мирами, а пизда это трещина между ногами.

я уважительно отношусь к чужим изменам, так как сама не всегда могу найти общий язык с голосами в моей голове.

но почему-то погибшие от крайности и погибшие от отчаянья с виду удивительно похожи своей мёртвостью.

жил не богатой, но очень насыщеной внутреней жизнью.

от влажности воздуха создаётся иллюзия, что тело перемещаясь, оставляет в пространстве слепок. кажется, что когда туман сойдёт(мало по малу рассеевался, думала я, когда ехала кутром в такси, сейчас пора такая, что хоть целыми днями читай велимира) город преобретёт совсем другой вид, а пока, эти мелкие капли пара впитывают мои волосы, закручиваясь от этого на висках и создавая вокруг головы проволочное облако.

в текстах прилагательным предпочтительней глаголы. признаки предметов или явлений, для меня такие же призраки, как и сами предметы и явления.

гномы играют гаммы на гармонике. гаммы - гавно гавном.

из всех знаков, наиболее совешенными мне кажуться знаки припинания. точки, тире, запятые.

если раньше я мечтала: вот, я как-то проснусь богатой и знаменитой, то сейчас я сократила мечту до “когда-то я проснусь”.

навеяло рекламой бога по городу. а почему столько проповедует слово божье, а так мало проповедуют божье тело действие?

думала купить себе что-то тёплое, купила защитный крем от холода и ветра. осталась довольна, но по режднему мёрзну. такое.

как бы не банально звучали посты про времена года, итак, меньше месяца до зимы. будет снег, холодно и в основном минусовая температура. пожалуй стоит обзавестись в ближайшее время тёплым спортивным костюмом, пижамой и списком литературы на пару месяцев. сон, перепросмотр, чтение, спорт. поменьше вылазок в люди. продолжение интенсивной работы над собой, а то что-то я что-то слишком ленной стала среди всех этих пласмассовых хуёв.

-я дышу носом, потому, что прана…
-а я, потому, что понедельник…

 меня не особо интересует какое-то там “разбить сердце”. эти вязкие сентименты оставлю для сопливых дурочек. вот хакнуть мозг(ну, мозг в данном случае метафора рацио, как сердце метафора чувств), это то, что действительно может быть объектом моего интереса. люблю леденеющие леденцы глаз попадающих в объятья ирацио.
добро пожаловать)

когда я стану самодостаточной, самоуверенной, успешной и востребованной(меня прельщает не слава(дурная слава или слава дуры?), а высокий уровень комфорта и “свои” вокруг) с фарфоровой кожей желательной куклой в высоких кругах и выверенных нарядах:
(варианты ответов)
а.когда?
б.кто вы мне?
в.как я буду относится к себе, какая я сейчас(пустышка)?

уже длительное время не покидает ощущение мистификации: вроде я из своего будущего рулю своим прошлым.

-так она вагинальными мышцами орехи колола
-детям?
из диалогов

прочитаный текст, это я улетающий в файл
прочитаный файл, это текст улетающий в я
кедров

писать хорошей прозой намного сложнее, чем плохим стихом. возможно я излишне консервативна и догматична, но хорошим стихом, после бродского и кедрова писать невозможно. разве что репом, сбиваясь на мелкокалиберный верлибр(мой выбор крупный калибр, брррр). это одна из причин, по которой я пишу как можно меньше. потому, что искусство поэзии требует слов, а что так не похоже на искусство поэзии, как искусство сна. что требует искуство сна? молчания? времени? молчания умноженного на время, плюс чъя-то жизнь, с её тайнами и тамниками. вдаюсь в арифметику расплывчатых понятий. а что существует между сном и словом, между поэзией и прозой, между безумием и реальностью, кроме времени нашего молчания? нас так долго не было, мы так долго не произносили ни слова. и вот так случилось, что мы все возникли из половых органов наших мам, с криками, и многие потом ещё пару лет только орали и орали, потом то да сё, и вот мы заговорили, и пошли слова, слова, слова, научились читать и писать, рассказывать друг другу о всяком, писать письма и просто такие не нужности, как пишу тут я. и вот уже вроде мы и не молчали миллиарды и миллиарды времени, которое было до нас, и вроде не будем молчать потом ещё долго долго, что даже не возможно представить, что может быть столько времение “потом”, когда его так часто нету “сейчас”.
а что существует между сном и реальностью, кроме безумия. глотая галюценоген галогеновых голлограм города, чувствовать, как тебя обвалакивает это осенняя слякоть и слизь, соскальзывающая на тебя со всех предметов. и вот уже сложно поймать момент где ты в реальности, ходешь и говоришь, заигрываешь и заискиваешь, но потом только успеваешь протянуть руку совершая ею хватательные движения, падая в скользкий колодец небытия, в нору богини Мамагдея.
следуй за белым кроликом, говорит она тебе, следуй за белым кроликом, комками вырывается из её рта.
-один из братьев вайчовски стал сестрой, связано ли это с тем, что матрица победила?
- маааатрица победила, кричала я лёжа на кравате с железным матрасом и меня рассыпало бюстами ленина, это был первый мой опыт с кетом, но далеко не последний, хотя, можно сказать, что он был последним, если считать с другого конца - ответила Эхо тихо.
-меня не прут наркотики, мне хватает снов и голосов, - засмиялась Лалия.
-интересно, а чем отличаются сны больного шизофренией, от снов человека, который от шизофрении здоров? - спросил Кет у Лалии.
-здоров от шизофорении, это здорово, - засмеялась Эхо и Лалия засмиялась вслед за ней. После Эхо сняла платье и осталась только в чёрных чулках.
-вам нравится моё тело?
-вам нравится моё тело, - перективила её Лалия.
-тело тешит до известного придела, но мне этот придел не извесен, вздохнула Эхо. Мне кажется, что моя душа и моё тело пренадлежат двум разным сушествам.
-до могилы её довела дихотомия. - засмеялся Кет, щёлкнул зажигалкой и взорвал косой.
(молчание) 

и что теперь остаётся, как не выдыхать в шарф эти окончания месяцов -ябрь, -ябрь, -ябрь и щурясь в туман пробовать воспроизвести очертания города. черточка-чёрточка-точка- вот, начнётся эти ментальные телеграммы, звонки и письма по адресу “никуда”, с какими-то банальными сезонными завываниями: скорейбывееесна. а так хорошо бы свернувшись в клубочек, замереть, стать не заметной, отрастить себе панцирь в панацею от этих шершавых, рванных дней: -ябрь, -ябрь, -ябрь.