стоп слова.нет

сквозь мирный театр наших бед
сквозь мерное течение бесед
сквозь быт обедов, суету гостей
сквозь сплетни из колонок новостей
.
мимо блестящих масок карнавалов
мимо лени балов и смеха бедняков
мимо картона человеческих домов
мимо молящихся улову рыбаков
.
под сборы публики на звуки увертюр
под танго шороха подсчитанных купюр
под одиозность од и код баллад
под шепот черни хвалящей уклад
.
туда, где сумерек капканы
ловили всех охочих до забавы
туда, где как бы невзначай
отчаянье позвало нас на чай
.
в руках сжимая вожжи наваждений
сады усыпав паданками наслаждений
ярким лучом деля космические мили
Неназываемый присваивает имя
.
где слава царств и коконы законов
земные звания и лабиринты вавилонов
там к нам денница с неба бесконечно падал
и вот упал, упал, упал-и-ножку-поломал.

Поэзия это гипноз. Искусство расплывчатых формулировок и мастерство точных установок. Заворожить – вот что важно. Украсть внимание, навеять дрёму, очаровать ритмом.
Когда из формулировки остаётся только расплывчатость, а точные установки отсутствуют по причине того, что своими строчками автор устанавливает только то, насколько он хорошо подбирает рифму выходят километры пустых строчек которые наполняют сайты вроде стихи.ру.

поэт смотрелся в свой портрет.
монах в любви признался бляди.
судья в суде судил о “не суди”.
делец болтал о чистоте монет.
.
за тканью слов запрятанный секрет.
записаны в потрёпанной тетради
молитвы для всех сбившихся с пути,
при этом разгадавших свой сюжет.
.
скалистый берег гладит волна
во сне смеётся полная луна
а я плету вуаль богине Амнезие
.
и в сонных зеркалах найдя приют
где нету времени и атомы замрут
нежней забвения только ножевые

рай прост. где я там и рай.
такие нормы в моих храмах.
а где я? где пусто, я там.
мир вашим мирам.
мне тут только место для ямы.

за моей пазухой спит бог
под тканью видимого мира
по картам не найти сюда дорог
букет морфея выменяв на лиру
.
и вот, теперь хорошо
.
я ближе той, что за левым
и вот мы падаем рядом
дым укроет всё белым
и наполнит нас ядом
.
и вот теперь хорошо
.
звери смирно сидят на цепи
пули поют о песке и пыли
на вершину знаем пути
тени наши лица закрыли
.
и вот теперь хорошо
.
отражают холодный свет
хрустальные окна глаз
в этих играх слова стоп нет
взрывом смешает нас
.
и вот теперь хорошо
будет медленно, но верно
наверняка не больно
страх растает как сахар
вот, теперь хорошо

точка точка тире. земля!
я в прямом в эфире!
в колонии из стекла
на кольце юпитера
клон в колонии король
у куклы королевы роль
а мои слова как мантра
повторяем до утра
.
ты кукла он клон, а я клоун
ты кукла он клон, а я клоун
я клоун для кукл и для клонов
я клоун для кукл и для клонов
.
в мишуру нарядит кукла
нежный супертела пластик
а в костюме из метала
клон почти как настоящий
.
ты кукла он клон, а я клоун
ты кукла он клон, а я клоун
я клоун для кукл и для клонов
я клоун для кукл и для клонов
.
а клоуну одна награда
хохот куклы хохот клона
в голове моей тогда
пляшут линии неона
кто меня ещё не знает,
я считаю один, два
и земляне повторяют
как гимн мои слова
.
ты кукла он клон, а я клоун
ты кукла он клон, а я клоун
я клоун для кукл и для клонов
я клоун для кукл и для клонов

можешь себе представить
ад од и код баллад?
я – да.

около луной налитого Нила ныли лилии

линии нимба манили к белым ликам

ладили и делили дни демоны и святые

итак, на кону – икона.
она из кокона.
я у окна, на меня на.
-

ладен ладана лад
да поменять бы я на яд
лилит с шивой говорят

- мы с пустотой на ты;
выдыхает дым чёрный будда
обратной стороны
.
за тупиком его трон
там где изнанка всех миров
смеётся ворон
.
пули целуют раны
цветут цветы зла у пунктов обмена
боли на нирвану
.
видит во сне объём линия
нечисть в чинах чтит страх простых
омамепадмемания
.
-мы с пустотой на ты;
я выдыхаю дым, рядом чёрный будда
обратной стороны
.
чёрные дыры залатаны
скорее закрой мною вакуум
мой маковый

агностик прятал кости в мистицизм
смеялся отражением нарцисс
катался кат на колеснице околесиц
а мы ласкали рацио, кормили с рук лисиц.

в зрачках – туман, в клатчах кастеты
на наших поводках сидят эстеты
в фарфоре тела яд основа из основ
и пули на лету смеются: “мазл тов”.

играем с мелким бесом в русскую рулетку
кокотка песнь поёт про сломанную ветку
плетём стихи из пустоты ажуром запятых,
закатываем глазки, учим играм в рай святых.
пишем в блокнот: грех красен куражом,
блестим кристаллами, крестим ножом.
чужих поим свинцом, своих кружим.
мёртвым мы дарим сны, живых – смешим.

пусть август соберёт налог на гедонизм
нанизывая нас на нити неги
и вечность шепчет: время совершать побеги
в янтарный бред, в скрипичный визг
.
закутавшись в порок уснём в камее
на шее длинной у великой тишины
во сне добравшись до вершины
рассказываем ангелам о змее
.
вот чаша, в ней весёлый яд
я облачаюсь в праздничный наряд
кому ножи, кому кресты, кому дворцы
.
и призраки в гостях у люцифера
хвалят фарфор, галдят о высших сферах
и наполняют радостью шприцы

по норам разливался рахманинов

по храмам – хоралы ха-ха
по хоромам – оды нормам
по верандам – похотливое танго
потусторонние посторонним хвалили хлам,
домам дым, дамам мрамор,
каждому по его делам
разваливался мой мозг на мелкие детали

демоны меня кружили и хватали за талию
бесы вышли с ночной с мессы
ели лукум от лукавого
и ботали о баталиях
возбуждались на лики праведных

в подвале, пьянея от музыки
кай и каин делили дозу
лилит читала герде вслух лолиту
герда вышивала мелким дорожку в ад

плахи украсив цветами
был ласков кат
та-та-та застонал атентат

вот прошло n лет после апокалипсиса, людей осталось мало,
власть на земле захватили пришельцы мутанты.
но всё это прошло мимо меня, как случайный прохожий,
как мимо гламурных витрин районные панки.

я живу на не большом затерянном острове,
тут отличный климат, большая вилла
фрукты круглый год, тишина, сладости.
отчасти меня даже можно назвать счастливой.

муженёк мой любитель кайфа с серым лицом,
мы сидим у океана, смотрим вдаль,
в небе голограмма потухшего солнца,
мы болтаем о том, что красота это рай.

я развлекаю его длинными путанными монологами о литературе,
про гибель цивилизации предсказанную в философской макулатуре,
и порнорассказами как у двоих был большой
и ещё больше у третьего, но они проиграли бой
и что за это с маленькой плачущей,  девочкой взятой в плен
их заставлял делать огромный мутант – космический мент.
теперь больше ничего нет, мы сидим на заброшенном острове,
лучи искусственного солнца освещают полуразрушенную виллу,
апокалипсис прошёл мимо, у нас большие запасы морфина.
на берегу сидит моё  тело синтетизированное из киберрезины
а рядом мой мозг плавающий в банке формалина.

там где ласковый ад, там где вечный закат,
дамы в чёрных корсажах, соболиных мехах,
поправляя тиары, веселясь в зеркалах
под тирады цикад для услад манят в сад

фея Фира взлетая зажжет фонари
и cool jazz по тебе лабает духбенд
чары ткут свой узор над тёмной водой
сплетаясь фаюмский портрет.

из фонтанов бъет чистый эфир,
музыка громче, ярче огни,
электричество кайфа, волны прихода
гости танцуют с тенями, смотри.

дамы сбросят вуали, наполнят бокалы и бросят лёд
нараспев прочитают евангелие снов и псалтырь тишины
из забытой земли, где по слухам, рокн-н-рол мёртв,
все герои потом попадают на пати в чертоги Шивы.

всем всё не совсем
семь территорий
вот топор, а вот рупор
ропот, копоть, террор,
призрачность гармоний

блаженны нищие и хищные

священны пропасти, обрывы

нежны ножи и пули мимо

живу за пазухой у Шивы

вот разломилось на пополам лето
и из него посыпались спелые сны в мои клетки
следуй за мной, всё так странно, странно
вот ключи от пространства
птицы поют на хрустальных ветках

иди сюда, мальчик, я покажу тебе кетаминчик
я покажу тебе кетаминчик, мальчик

завяжутся в узел все нити мира
на руках вырежет холод узоры
я приведу туда, туда где не будет больно
реальность рассыпется от укола

иди сюда, мальчик, я покажу тебе кетаминчик
я покажу тебе кетаминчик, мальчик

твои полёты – мои паденья
вместо сердца – лёд и закрытый космос
доктор смерть даст рецепт на концентрат наркоза
проведу на берега сказочных рек
в них тонут лучи забытого солнца
ты знаешь название этой планеты?

иди сюда мальчик, я покажу тебе кетаминчик,
я покажу тебе кетаминчик, мальчик

мой летний театр на берегу Леты,
там зрители – весёлые скелеты
пуанты танцовщиц из мировой паутины,
в труппе – сильфиды да ундины
в будуарах черти чертят полоски белым на зеркалах
на веранде сидят во фраках Яхве и Аллах
пьют ледяной виски – лекарство от тоски
вечные блудницы вяжут чьи-то жизни на спицах
говорят о былом, всё ах да ах:
-я же его так любила, ношу теперь в кулоне его прах
жаль, что он был человек…
время лениво идёт как попало, то секунда, то век
голые пьяные ангелы парят в облаках,
спорят о Гегеле и смеются
гости ждут следующего представления и
дуют на чай в цветных блюдцах

наш лама ломался, а маятник маялся

призы в прозе, а призраки в позе

на азы зыбь, на закон сыпь
заветов ветвь, а ответов сеть
линки заклинаний, клинки знаний

смена меры, семя из полимера

мама, мама, тут амфитеатр бедлама

брахманы хихикали, рабы рыдали, Кали пела хали-гали

амфибии барахтались в амфибрахии

жабрам жарко, а жабам жалко

Следующая страница »